На суде по делу Ани Шкапцовой заслушаны показания свидетелей и результаты экспертиз

brn_search_baby_docОтец погибшей Ани Шкапцовой Александр Кулагин был жесток ко всем своим детям, заявила в Брянском областном суде на заседании 18 марта его бывшая гражданская жена Ирина Чаузова, сообщает корреспондент Regnum Центр.

На втором заседании по делу Александра Кулагина и Светланы Шкапцовой, обвиняемых в убийстве и инсценировке похищения их девятимесячной дочери Ани, 18 марта суд заслушал показания четырех свидетелей по делу. Бывшая гражданская жена Кулагина Ирина Чаузова охарактеризовала подсудимого как крайне вспыльчивого человека, злоупотреблявшего алкоголем. По ее словам, он неоднократно поднимал руку на нее и их малолетнюю дочь и не принимал участия в воспитании их сына. Дважды она обращалась в правоохранительные органы с сообщением о побоях, но потом забирала заявление.

Представитель областного угрозыска Александр Земляков рассказал суду, что во время расследования дела Кулагин и его жена Светлана Шкапцова «вели себя как провинившиеся дети». Так, спустя 11 дней после заявления о пропаже ребенка они перестали отвечать на звонки следователей, а позднее их обнаружили в доме родственника, где они прятались в подполье, ссылаясь на то, что устали от постоянного внимания.

Таксист, подвозивший Кулагина с брянского вокзала до деревни, где, по версии следствия, было сожжено и захоронено тело ребенка, сообщил суду, что не заметил волнения в поведении пассажира.

Допрошенная на заседании представитель областного департамента здравоохранения Ольга Чиркова обвиняемых лично не знала. Но, по ее словам, помочь ребенку с гематомой после удара в голову было возможно, если бы родители вовремя обратились к медикам.

Кроме того, суд ознакомился с выводами ряда экспертиз по делу. По словам прокурора Екатериной Макаренковой, в качестве вещдоков по делу проходят оплавленные остатки вещей, обнаруженные в полиэтиленовом пакете на кладбище, где были захоронены останки ребенка. Эксперты установили, что эти вещи могут быть остатками детской одежды. В пакете была обнаружена и частица желто-зеленого одеяла, которое фигурировало в описании пропавшей девочки.

Экспертиза, проведенная на основании исследования 229 фрагментов костей, показала, что останки принадлежат грудному ребенку. Однако точно установить пол, возраст и рост оказалось невозможно, так как кости были сожжены.

Компьютерная экспертиза помогла восстановить файлы с фотографиями Кулагина в женской одежде, которые ранее были удалены из телефона, принадлежавшего этой семейной паре. Еще один приобщенный к делу файл, предположительно, содержит запись сцены насилия.

Кроме того, медицинская экспертиза выявила на теле обвиняемой Светланы Шкапцовой многочисленные кровоподтеки, а также рубец на правой голени, откуда хирургическим путем была извлечена пуля от пневматического пистолета калибра 4,5 миллиметров. Сам пистолет позднее был изъят в съемной квартире, где проживали Шкапцова и Александр Кулагин.

Суд объявил в заседании перерыв до 20 марта.

«Похищение» девочки в Брянске в марте прошлого года вызвало широкий резонанс. Ее мать заявила в полицию о том, что ребенка похитили, когда она на несколько минут оставила коляску у ступеней зоомагазина. После трех недель безрезультатных поисков, в которых приняли участие тысячи силовиков и волонтеры, следствие сообщило, что история с похищением была придумана родителями, а девочка умерла от побоев в конце февраля.