Четверг, 21ое Сентября 2017

«Грош цена отрасли, если она развивается только за счет ограничений» — глава НМА Сергей Юшин

Февраль 1, 2017
«Грош цена отрасли, если она развивается только за счет ограничений» — глава НМА Сергей Юшин

Если еще год назад антироссийские санкции и последовавшее за ними российское продовольственное эмбарго представлялись как нечто незыблемое, то в последнее время все чаще обсуждаются перспективы их смягчения или даже отмены. О том, как это может отразиться на российских производителях мяса и как поменяется рынок в случае ответных шагов со стороны России, в интервью «Интерфаксу» рассказал глава Национальной мясной ассоциации Сергей Юшин.

— Российское продовольственное эмбарго действует уже два с половиной года. Принято считать, что ограничение импорта основных видов продовольствия стало важным стимулом для развития сельского хозяйства России, хотя частично продукцию «запрещенных» стран отчасти заменил импорт из других государств. Аграрии просят власти держать запрет как можно дольше. Как российское мясное животноводство развивалось в период ограничений? Действительно ли все положительные результаты последних лет — это следствие продэмбарго?

— Мне вообще-то грустно слышать, что, мол, наше сельское хозяйство развивается только благодаря специальным защитным мерам или, как их часто называют, антисанкциям. Тогда ему была бы грош цена. Да и тем, кто так много делает для воссоздания АПК уже в современном виде, это должно быть обидно, как будто они немощные какие-то.

Последние три года мясная отрасль сохраняет высокие темпы роста. Это связано с масштабными инвестициями, сделанными еще задолго до введения продовольственного эмбарго, и с продолжением этого курса уже в период действия ответных мер.

Планы российских производителей мяса практически не менялись. Мы бы в любом случае отвоевывали у импорта долю на рынке в конкурентной борьбе за счет повышения доступности, качества и расширения ассортимента.

Только в прошлом году, по данным Росстата, производство скота и птицы, к примеру, выросло на 3,4% и достигло почти 14 млн тонн в живом весе. В 2014-2016 годах прирост производства мяса птицы составил почти 870 тыс. тонн, или 23%, производство свинины увеличилось почти на 600 тыс. тонн, или на 22%. Россия прочно занимает место среди мировых лидеров по этим видам продукции.

Серьезные сдвиги произошли и в мясном скотоводстве, где быстрыми темпами растет маточное поголовье, а это основа для наращивания производства. Расширяются пастбища, продолжается строительство современных ферм. Большая работа ведется по подготовке квалифицированных фермеров, которых все чаще называют ковбоями. Доля говядины от скота специализированных мясных пород приблизилась к 15%, хотя еще в середине 2000-х она не превышала 2-3%. Многолетний тренд на сокращение производства говядины сломлен.

Это результат более чем десятилетней очень упорной работы бизнеса, государства, отраслевых организаций.

— Но, согласитесь, условия работы стали более комфортными, когда с рынка ушла продукция конкурентов.

— Сказать, что российский рынок после введения продэмбарго был закрыт для импортных поставок мяса, было бы большим преувеличением. Россия была и остается одной из наиболее открытых стран для мяса из других стран. Поставки запрещены лишь из некоторых государств. Они не затронули крупных экспортеров, таких как Бразилия, Китай, Индия, Парагвай. Даже в отношении санкционных стран ограничения коснулись только мяса, но не распространяются на субпродукты, шпиг и целый ряд других продуктов переработки.
И тем не менее доля импорта в объеме потребления мяса уже опустилась ниже 10% по сравнению с 25% еще несколько лет назад. К тому же потребление выросло. И это замечательный результат. Но объем импорта пока еще высок: в 2016 году он составил почти 800 тыс. тонн с учетом поставок из Белоруссии. Так что о закрытии российского рынка говорить не приходится.

— Как возможная отмена антироссийских санкций и российского продовольственного эмбарго отразятся на отечественных производителях и рынке?

— Я бы не хотел гадать: отменят — не отменят. Наши ведущие производители мяса таким образом оценивают планируемые инвестиции и так строят бизнес, как будто взаимных санкций уже нет. Мы должны быть готовы в любой момент к изменению ситуации, заранее спрогнозировать, что может произойти, и своевременно принять правильные решения. Как говорил Чарльз Дарвин: «Выживает не самый сильный и не самый умный, а тот, кто лучше всех приспосабливается к изменениям».

Так как наиболее часто сегодня обсуждается вероятность отмены санкционного режима со стороны США, то давайте рассмотрим именно эту ситуацию, предполагая, что наши власти также пойдут на отмену специальных экономических мер в отношении США при сохранении их для Канады, ЕС и всех, кто продолжит санкционную войну.

США — крупнейший производитель мяса в мире. И крупнейший его экспортёр. При производстве почти 42 млн. тонн в 2014 году США экспортировали почти 7,5 млн тонн птицы, свинины и говядины. Поэтому, конечно, экспортный потенциал у этой страны огромный. Ее руководители делают все, чтобы эту продукцию продавать во всё больших объемах по всему миру.

— Значит, опять ждать пресловутых «ножек Буша»?

— Никакой угрозы для наших птицеводов они уже не представляют. Доля мяса птицы из дальнего зарубежья упала до 2% в объеме потребления. Изменился наш рынок, изменился потребитель, привыкший к широкому ассортименту продукции российского производства.

Если российские импортёры и появятся на рынке окорочков США, то немногие предприятия, аттестованные на поставки в РФ, тут же поднимут цены. Так что и экономики в этом импорте особой не просматривается. К тому же надо учитывать, что инфраструктура их реализации практически исчезла. В лучшем случае США частично отберут долю окорочков из Бразилии.

Что касается говядины, то и до российских ответных мер мы ее из США не ввозили: американские производители не смогли выстроить систему, гарантирующую производство говядины только из скота, который не получал стимуляторы и гормоны роста.

Так что здесь экспортёры столкнутся с практически непреодолимым барьером. За весь 2013 год в Россию пришло только 50 тонн американской говядины. Но и до этого импортеры не выбирали тарифную квоту, которая составляет для США 60 тысяч тонн.

Производство премиальной говядины в России сегодня уже вчетверо больше, чем ее импорт из всех стран до 2014 года. Из Австралии мы возили около 2,5 тысячи тонн в год мраморного мяса, а уже в прошлом году российские производители предложили на рынок около 10 тысяч тонн стейков высшего сорта. Лидер этого рынка — агрохолдинг «Мираторг» — один из нескольких за пределами США производителей, получивших право на маркировку и работающих по стандарту «Certified Angus Beef».

Да, цены на мраморное мясо пока высокие, но это связано с быстрым развитием культуры потребления качественной говядины и ростом спроса, который даже опережает темпы развития отрасли.

— Видите ли вы угрозы для рынка свинины, который в свое время сильно зависел от импорта, но в последние годы развивался очень динамично и по темпам роста обгонял производство других видов мяса?

— Влияние на рынок свинины взаимная отмена санкций, несомненно, окажет, но, как бы это ни звучало парадоксально, прежде всего — на рынок американский и бразильский.

США экспортируют в среднем около 2,3-2,4 млн тонн свинины в год. До введения ограничений, кроме 2013 года, в Россию ежегодно поступало от 60 тыс. до 160 тыс. тонн. И это в условиях жесточайшей конкуренции с ЕС, Бразилией и Канадой. Доля США в объеме экспорта колебалась от 9% до 20%.

В то же время на ЕС приходилось от 35% до 60% поставок в РФ. Более 20% приходилось на Канаду, которая быстро оттесняла США, поставляя качественную свинину по более выгодным ценам. То есть, не будь в списке поставщиков ЕС и Канады, американцы могли бы продать нам и 300 тысяч, и 400 тысяч тонн.

После введения продовольственного эмбарго 95% российского рынка импортной свинины отошли Бразилии, а это почти 240 тыс. тонн по итогам 2016 года. Россия для Бразилии — очень важный, основной рынок сбыта. Между тем, в Бразилии цены сегодня сравнительно высокие. Полутуши примерно на $0,4 за кг дороже, чем в США. А для России из-за монопольного положения южноамериканских экспортеров они еще выше.

Значит, у российских импортеров в случае отмены запрета на импорт из США есть все основания повернуться в сторону американских поставщиков. Ведь даже если они поднимут цены на 20-30 центов, они все равно будут привлекательнее Бразилии, экспортёры которой с их непродуманной ценовой политикой научились оставлять российских партнеров без заработка.

Собственно, экспортные цены бразильские экспортеры начали повышать задолго до августа 2014 года. Как только прекратились поставки из Евросоюза в связи с африканской чумой свиней, а это было ровно за полгода до продэмбарго, можно было наблюдать быстрый и постоянный рост цен. Если в начале февраля 2014 года полутуши для России стоили около $2,3, то к концу сентября цена взлетела до $4,6 за килограмм.
Правда, из-за девальвации и рубля и реала цена вскоре упала, но это пример того, как бразильцы используют любой повод для получения дополнительного дохода. Сегодня ситуация иная: цена на полутуши около $1,8 за кг. Сказывается слабый спрос из России и растущая конкуренция с отечественной свининой. Но в США и того дешевле. Еще один плюс для США — логистика короче.

Общий объем квоты на ввоз свинины в РФ — 430 тыс. тонн в год, и ею может воспользоваться любая страна. Встает вопрос: насколько большую долю рынка откусят американские производители у расслабившихся за последние три года бразильцев? А то, что это произойдет, очевидно, так как аттестованные для поставок в Россию американские предприятия — лидеры мировой индустрии с большими объемами производства. Так что массовый исход наших импортеров из Бразилии в США практически неизбежен.

— Как в таких условиях будут чувствовать себя российские производители свинины? Ведь многие уже сейчас жалуются, что рентабельность в прошлом году снизилась.

— Думаю, что риск для них небольшой. Все-таки объемы в любом случае ограничены тарифными квотами. К тому же поставки разрешены только аттестованным Россельхознадзором предприятиям. Если все импортеры или хотя бы основные одновременно придут с запросами на поставки из США, цена там может повыситься, ведь запросов будет не на 10 или 20 тысяч тонн в год, а на 100-200 тысяч тонн. С учетом логистики и маржи импортера это сохранит цены на приемлемом для наших свиноводов уровне. Запас прочности у них пока есть благодаря невысоким ценам на зерно и хорошей рыночной конъюнктуре.

А вот бразильцы могут получить холодный душ. Желая заработать здесь и сейчас, они растеряли авторитет и дружеское отношение у российских поставщиков, которые не будут испытывать угрызений совести при переключении на американский рынок.

Думаю, в связи с этим в непростой ситуации окажутся производители из ЕС и Канады, потому что на некогда традиционном их рынке будут получать доходы американские фермеры. Так что частичное и постепенное изменение в санкционных списках может еще и повлиять на политические решения других стран.

Сегодня российское свиноводство все еще находится в середине инвестиционной фазы. У компаний есть серьезные планы по введению в строй новых мощностей еще на 1 млн тонн до конца 2020 года. Они должны заместить снижающиеся объемы производства в личных подсобных хозяйствах, на закрывающихся старых фермах, часть импортной продукции, обеспечивать спрос, который, по нашим оценкам, будет расти, а также гарантировать более активное присутствие российской продукции на внешнем рынке.

Это не значит, что импорта не будет. У него есть и место, и ниши, и пока еще конкурентоспособная цена. Но при любых обстоятельствах мы должны защищать свой рынок, отстаивать прежде всего наши национальные интересы в сельском хозяйстве вне зависимости от того, с кем мы дружим и какие планы на будущее строим.

Метки:

Loading...

АНОНСЫ

30
сентября
Традиционные туристские соревнования «Памяти друга» — последние выходные сентября.. читать далее
20
октября
VI Славянский международный экономический форум.. читать далее

Единая РОссия

Партпроект «Городская среда» разработал памятку для оценки жителями хода благоустройства дворов.. читать далее

РЕКЛАМА