Пятница, 26ое Мая 2017

Технологии и жизнь: Электрическiй чиновнiкъ или Болванъ в присутствiи

Апрель 9, 2017
Технологии и жизнь: Электрическiй чиновнiкъ или Болванъ в присутствiи

Очередной маленький шаг по всеобщей электронизации жизни Брянск сделал 7 апреля, когда в почтовых отделениях города появились системы электронной очереди. Удобство, как водится, немедленно начало соседствовать с неудобством — электронная очередь с одним работающим окном в почтовом отделении стала скорее помехой для нормального функционирования почты, чем подспорьем. Инновации, электронное правительство и реальная жизнь подчас идут в России параллельными путями, пересекаясь только в какой-то немыслимой неевклидовой дали. Однако всего тридцать лет назад нормальным рабочим аксессуаром в магазинах были деревянные счёты, а телефон в деревне был только в центральной конторе или правлении совхоза. Хотя, конечно, открытые архивы говорят нам: первый персональный компьютер был изобретён в СССР в 1968 году — авторское свидетельство № 383005 от 18 мая 1968 года получил инженер-электромеханик Арсений Горохов из Омского НИИ авиационных технологий, называлось это устройство, правда, «программируемый прибор интеллектор», но имело монитор, отдельный системный блок с жёстким диском, устройством для решения автономных задач и персонального общения с ЭВМ, материнской платой, памятью, видеокартой и прочим, за исключением компьютерной мыши.

«При наличии финансирования, можно было бы за семь лет создать в России отрасль по компьютеризации», — говорил сам Арсений Горохов, которому государство не дало денег на воплощение опытного образца. Поэтому пришлось ждать крушения СССР и новой технологический революции конца 90-х-начала 2000-х, чтобы, цитируя писателя-фантаста Александра Тюрина, «железной рукой Россия была компьютеризирована». Именно после этого стало возможным говорить как о «технологиях для жизни», так и о «технологиях заменяющих жизнь».

Технологии для жизни

У того же Тюрина в романе с говорящим названием «Сеть», вышедшем в начале 90-х, «компьютеризацию железной рукой» проводит специально созданная организация — Главное Сетевое Управление (ГСУ) — которая становится своего рода реальным правительством, отодвигая в «виртуал» «живой» Совет Министров. Фантасты 90-х не придумали ещё термин «электронное правительство» — это изобретение 2000-х.

Электронное правительство — это пока еще не искусственный интеллект вместо министров и президентов, а система услуг, оказываемых государством по Сети. Цель затеи — избавить граждан от бесконечного хождения по инстанциям и стояния в очередях. Можно сколько угодно ворчать на наши власти, пенять на бюрократию и жаловаться на коррупцию, но электронное правительство работает вовсю — и на федеральном, и на региональном уровне.

Например, Брянская область активно переводит на «электронные рельсы» основные процессы и услуги. В регионе внедрена система межведомственного взаимодействия, работает портал, с помощью которого можно получить более 60 госуслуг, построена сеть многофункциональных центров. «Электронное правительство — это совокупность информационных технологий, используемых органами власти для повышения эффективности и прозрачности своей деятельности, а также упрощения взаимодействия с обществом», — говорит руководитель информационно-аналитического управления правительства области Юлия Старовойтова.

По словам многих экспертов, Брянская область пристойно выглядит на фоне других регионов в части развития электронных сервисов, а главным препятствием для их продвижения является неготовность населения использовать интернет для обращения в госорганы.

Согласно указу президента РФ №601 «Об основах направления совершенствования системы государственного управления» от 7 мая 2012 года, целевой показатель по доле граждан, использующих электронные государственные услуги, в 2018 году должен составлять 70%. По данным Росстата, в 2016 году доля граждан, использующих электронные госуслуги в среднем по России составила 51,3% при плановом значении 50%. Лидером, как и в прошлом году, стала Республика Татарстан, где электронными услугами, согласно Росстату, пользуются 79,7% граждан. В Брянской области этот показатель составил только 43,6% — 47-е место по России.

«Портал государственных и муниципальных услуг является по сути сайтом-агрегатором, предоставляющим набор электронных сервисов органов власти и органов местного самоуправления, — рассказали корреспонденту «Город_24» в информационно-аналитическом управлении. — Если коммерческие сайты (например, интернет-магазины) конкурируют между собой, то у порталов госуслуг главными конкурентами являются другие каналы получения госуслуг: МФЦ и окна приёма в самих органах власти. Пока складывается ситуация, что население предпочитает прийти лично в орган власти. Даже в МФЦ еще не все граждане привыкли обращаться».

Это при том, что через «электронное правительство» можно без проблем оформить загранпаспорт, записаться на приём к врачу в поликлинику или получить госуслугу «предоставление субсидий на оплату жилого помещения и коммунальных услуг». Психологически большинство пользователей государственных или муниципальных услуг сознательного возраста находится ещё в том времени, когда не только об электронных услугах, но и о доступном интернете речь не шла. Живой пример: корреспондент «Город_24» слегка оторопел, когда в селе Супонево под Брянском (а фактически это — часть Брянска) продавец в продуктовом магазине для того, чтобы подсчитать общую стоимость товара, использовала обыкновенные счёты — они ей оказались привычнее калькулятора.

Технологии или жизнь

Многие россияне не подозревают, что живут не просто в «интересные времена» («Век за веком — на небе луна/ У подростка — томленье свободы/ У еврея — болеет жена / У России — тяжёлые годы»), но в революционные времена. Эта революция ничего не имеет общего Великой Французской или Великой Октябрьской, но по своим результатам она будет именно такой — полностью изменившей мир. На наших глазах происходит «индустриализация 2.0», в которой центральное место занимает рынок телекоммуникаций. Российский телеком — внезапно! — оказался настолько развит, что у России очень высокие шансы стать одной из немногих стран клуба, в котором будет от силы пять-шесть государств в первые годы. США, Китай, Япония, Германия и Россия — вот набор претендентов на индустриализацию 2.0, у других стран для этого уже нет предпосылок, их операторы не подготовились к такому скачку и де-факто не смогут участвовать на равных в гонке.

Россия — страна, в которой ещё 30 лет телефон в деревне был только в центральной конторе или правлении совхоза, а руководитель регионального монополиста связи ещё в начале 2000-х сознательно сдерживал телефонизацию областного центра, чтобы иметь возможность торговать телефонными номерами (речь идёт о «Брянсксвязьинформе» — предшественнике нынешнего Брянского филиала «Ростелекома» и его бывшем руководителе, которого волна индустриализации «снесла»). Теперь, по открытым данным, российские операторы потратили только на создание 4G-сетей порядка 14 млрд. долларов в первые пять лет, продолжают инвестировать в развитие, и итоговая сумма легко приблизится к 20 млрд. долларов. Это не просто огромные суммы, но и десятки тысяч рабочих мест, а также возможности, что новые сети дают людям. Но и это была только подготовка к появлению пятого поколения, которое начнет развиваться в России в 2018-2020 годах. Связь становится кровью экономики, без нее уже ничто не будет происходить в прямом и переносном смысле. «Индустриализация 2.0» невозможна без связи, причем она должна быть одинаково быстрой, качественной как в Москве, Новосибирске, так и в городах с населением, не дотягивающим до полумиллиона человек, и даже в посёлках городского типа, построенных вокруг предприятий, или на дальних хуторах.

Впервые возможности российских сетей были продемонстрированы на выборах президента России в 2012 году, когда «Ростелеком» снабдил видеонаблюдением 91,4 тыс. участковых избирательных комиссий по всей стране, а производительность системы обеспечила возможность подключения 25 млн. пользователей при возможности 60 тыс. одновременных просмотров изображения с одной камеры. Ежегодное стопроцентное отслеживание ЕГЭ с помощью web-камер тоже никого не удивляет: тот же «Ростелеком» обеспечивает бесперебойную видеотрансляцию всего периода ЕГЭ при помощи более 93 тысяч видеокамер, установленных в 55 570 аудиториях по всей стране (в Брянской области монтируется свыше 1,3 тыс. видеокамер). А в 2014 году «МегаФон» обеспечил стабильную связь 4G для мобильного интернета в любой точке всех объектов Олимпиады в Сочи, возможность загрузить что угодно в сеть с хорошей скоростью. Во время открытия Олимпиады 25 тысяч человек за несколько часов совершили 130 000 звонков, передали 150 ГБ данных — проще говоря, публиковали фотографии и видео с трибуны стадиона «Фишт» без малейших задержек при «летающем» интернете. Подобных скоростей, по словам авторитетного эксперта Эльдара Муртазина, до сих пор нет во многих европейских городах, а также США, а в Сочи все это было в условиях наплыва людей.

При этом, живя «внутри» технологий и пользуясь благами технологий вовсю, россияне отказываются «впускать» технологии в свою жизнь — вернее, «впускать» себя в технологии. Это своего рода естественные барьеры в экономике, препятствующие быстрому переходу населения на электронные госуслуги. Так, например, по данным Росстата, в 2016 году только 23,1% населения страны в возрасте 15–72 лет использовали интернет для заказов товаров или услуг (при этом более половины (51,7%) ничего не покупают через интернет и предпочитают ходить в магазины, 38,1% не видят необходимости в такого рода покупках). Это означает, что только каждый пятый житель сегодня готов заказать через интернет, например, книгу. Если остальные четыре жителя не готовы к этому, то, вероятнее всего, они не будут готовы обратиться через интернет в орган власти за более сложной государственной услугой.

При этом в том же 2016 году число пользователей интернета в России — 73 человека из 100, доля подключённых ко Всемирной Сети домохозяйств — 70,3%, из которых подключены по ШПД (широкополосному доступу) — 70,7%.

Это много. Но, несмотря на такой уровень интернетизации, Россия занимает последние три года 27-е место в Индекс развития электронного правительства ООН. Рейтинг складывается из трех параметров: количество и качество государственных интернет-услуг, развитие информационно-коммуникационных технологий в стране и человеческий капитал (грамотность жителей страны и т.п.). На вершине рейтинга — Южная Корея с её запредельным уровнем компьютерной «вовлечённости» (российские киберспортсмены, например, называют своих корейских коллег «приставками к компьютерам»).

Технологии вместо жизни

Вот на этом месте необходимо вспомнить о том, что инновации, электронное правительство и реальная жизнь подчас идут в России параллельными путями, пересекаясь только в какой-то немыслимой неевклидовой дали. И поэтому электронное правительство успешно соседствует с конторскими счётами в магазине областного центра — это своеобразный результат компьютерного скачка из страны с запредельно низким уровнем телефонизации (например, в Брянске в 2004 году уровень телефонизации составлял 17,5 телефонов на 100 жителей) в страну, где количество абонентов мобильной связи почти вдвое превышает численность населения (агентство ComNews по итогам 2016 года давало 252 млн. абонентов при населении РФ в 146,9 млн. человек, а ведь есть ещё стационарные телефоны).

При таком распространении и дешевизне мобильной связи и интернета (Эльдар Муртазин эмоционально восклицает: «За связь в России в среднем ежемесячно платят стоимость двух чашек кофе. Двух!») налицо восхитительное желание использовать интернет только и исключительно, как территорию развлечения. В соцсетях ходит ехидный самокритичный мем: «Как известно, Интернет был придуман для того, чтобы постить котиков и портреты Бенедикта Камбербэтча». Действительно, девять десятых пользуются немыслимыми с точки зрения человека ещё тридцатилетней давности гаджетами и огромнейшими возможностями Интернета только для того, чтобы смотреть и выкладывать в сеть фотографии еды и котиков и выплёскивать в комменты в соцсети всю скопившуюся внутри ненависть.

К «разности потенциалов» технологии и психологии добавляется ещё и культ потребления — оголодавшее (и в буквальном, и в «метафизическом» смыслах) постсоветское население, вот уже третий десяток лет не может «наесться» и «гуляет, как в последний день»: вычислительные ресурсы любого компьютера (планшета, смартфона) используются в среднем едва ли на 3-5%, гаджет нередко представляет собой зоопарк для троянов и вирусов, и отправляется на помойку при самых небольших дефектах и подозрении на моральное устаревание одной из деталей.

Между тем, единственная цель, которую на самом деле преследовали создатели компьютера и интернета — возможность свободного распространения информации – знаний, которые должны были распространяться людьми, обладающими этой информацией. Но реальность, как всегда, подкорректировала смелые мечты революционеров (как это было с учением Маркса-Энгельса): пессимисты уже считают, что всеобщая бесконтрольная компьютеризация и интернетизация человечества является основой всеобщего процесса дебилизации людей. Отсюда — нежелание пользоваться тем, что у тебя есть под рукой: «электронным правительством», интернет-магазинами, безналичными расчётами или «личными кабинетами».

Налицо психологическая проблема, которую нужно решать — и государству, коль скоро оно намерено перевести свои услуги населению в электронную форму, и телеком-компаниям, поскольку для них, вроде бы, живые люди закончились, к сети необходимо подключать светофоры, станки, дорожные камеры и кучу другой инфраструктуры, которая сделает дома и машины умными, создаст принципиально новые возможности как для жизни, так и для бизнеса. А «закончившиеся живые люди» не пользуются тем, что уже создано, предпочитая постить котиков и получать пенсии наличными, дожидаясь почтальона.

Проблему «пенсионер и компьютер», государство и телекомы так или иначе пытаются решить — например, обучением пенсионеров компьютерной грамотности по программе «Азбука Интернета», разработанной «Ростелекомом» и ПФР, занятия по которой проходят с сентября 2014 года более чем в 65 регионах РФ. Интернет-портал «Азбука интернета» в среднем посещают около 15 тысяч пользователей ежемесячно. Но это частный случай — более широкой проблемы он не снимает.

Технологии и жизнь

За последние 170-180 лет Россия прошла две волны индустриализации.

Первая волна — 1830/40-е — 1910-е годы. Условно «Индустриализация Beta». Базовые инновации первой волны — соответственно текстильная фабрика и паровой двигатель, затем железная дорога и металлургия стали.

Вторая волна — 1929-1989 годы. «Индустриализация 1.0-1.x». Ядром укладов этой волны были соответственно: железная дорога, черная металлургия; электроэнергетика и электротехника, цветная металлургия, неорганическая химия; органическая химия, энергетическое и транспортное машиностроение, атомная энергетика, радиоэлектроника; биотехнологии, микроэлектроника, информационная техника.

Новый виток индустриализации — «Индустриализация 2.0» — практически уже начался. Его основа — IT-сектор.

Когда люди восхищаются автомобилями с автопилотом, мало кто вспоминает, что в ближайшие десятилетия выиграют те страны, которые начнут создавать дорожную инфраструктуру, помогающую машинам, например, передающую данные о пешеходах или других машинах на ближайшем отрезке пути. Автономная навигация возможна, но она проиграет системам, комбинирующим внешние датчики с теми, что стоят в самой машине. А что является основой для таких датчиков? Современная мобильная сеть, которая имеет максимальное покрытие по всей стране — новая индустриализация России открывает для телекомов бескрайние перспективы. Их задачей станут не только услуги связи — мобильной, стационарной, интернета. Их деятельность будет направлена на оптимизацию бизнес-процессов различных отраслей и формирование «умной» инфраструктуры — проекты в сфере M2M, решения на основе big data, облачные сервисы, Интернет вещей и др. — «умным» автомобилям, «умным» домам и городам нужна сеть, а также сервисы, через которые вещи будут общаться. По оценке «МегаФона», в 2017 году число M2M-устройств возрастет в 2,5 раза и к 2020 году уже составит 38 млн.

Но это пока дело «ближайшего настоящего». А пока из достижений — унификация систем электронного правительства. Все регионы с этой задачей более или менее справились. Идёт техническая стандартизация — именно идёт: в Брянской области, например, исполнительными органами государственной власти перечни государственных услуг, оказываемых на Едином портале государственных услуг и на Портале государственных услуг Брянской области, различны.

…Один из российских футуровидцев времён «Индустриализации Beta» опубликовал фантастический памфлет «Электрическiй чиновнiкъ или Болванъ в присутствiи». Сюжет таков: в здании некоего присутственного места десять этажей и на каждом этаже просителя встречает механический чиновник (тот самый «болванъ»). На просьбу он реагирует фразой о том, что данный вопрос находится вне компетенции данного присутствия. Надо так выстроить свою просьбу, чтобы механический чиновник тебя пропустил, причём на каждом следующем этаже фильтр все жёстче — и только, когда проситель успешно проходит девять этажей, на десятом его встречает живой человек с печатью, который уже рассматривает прошение и ставит резолюцию.

Задача телекомов — отсечь такую ветвь развития «электронного чиновника» — и это, наверное, будет посложнее «Индустриализации 2.0». Например, создатель Linux Линус Торвальдс убежден, что IT-индустрия излишне зациклена на инновациях и попытках «думать иначе». «Любой успешный проект на 99% состоит из пота и на 1% — из инноваций», — цитирует его заявление на конференции Open Source Leadership в Калифорнии The Register. По мнению знаменитого программиста, роль инноваций преувеличена — ключевую роль играет обычный труд и выполнение работы в срок. А с этим у российских телекомов, сумевших, что называется, на пустом месте выстроить «электронное государство», явно всё в порядке.

Loading...

АНОНСЫ

28
мая
Единый день предварительного голосования «Единой России».. читать далее
26–27
мая
Дни Москвы в Брянской области.. читать далее

Единая РОссия

Единый день предварительного голосования «Единой России».. читать далее

РЕКЛАМА